Серийные убийства в странах Европы. Хроники подлинных уголовных расследований - Алексей Ракитин

этим делом, Моника также попросила о переводе и перешла в подразделение, занимавшееся борьбой с коррупцией и контролем соблюдения законодательства региональными органами власти. Во время работы по «делу Монстра» Моника не давала интервью и не попадала в поле зрения средств массовой информации. Непонятно было, откуда преступник узнал о её существовании. Сложно также было понять, что побудило его направить пугающее послание женщине, не занимавшейся расследованием уже более 20 месяцев.

Возможно, преступник был одержим Сильвией – это была приятная 37-летняя женщина, которая безусловно могла нравиться мужчинам – но подобное предположение наводило на предположение о связи преступника с правоохранительной системой. Это была очень неприятная и даже устрашающая догадка, но пренебрегать ею не следовало. Как станет ясно из последующего хода событий допущение о связи «Монстра» с правоохранительными органами требовало тщательного анализа и пренебрегать таковым ни в коем случае не следовало. Следует иметь в виду, что данном случае «связь» означает не только непосредственную службу, но и наличие родственных или дружеских отношений с сотрудниками правоохранительных структур.

Что же касается Сильвии деллы Моника, то после получения письма она получила государственную охрану, сменила место жительства и отправилась в отпуск. В целях оперативной маскировки был пущен слух, будто она вообще в скором времени уедет из Флоренции, поскольку получила назначение на юг Италии. Но в действительности женщина продолжала службу в прокуратуре Флоренции вплоть до увольнения в 1999 году.

После двойного убийства французских туристов обстановка в районе Флоренции, и без того напряжённая, сделалась по-настоящему нервной. Преступления «Монстра» практически уничтожили местный туризм – местные жители просто не рисковали выезжать на природу для отдыха. Опасение, что серийный убийца сделает объектом своих новых посягательств иностранных туристов, незнакомых с обстановкой в районе, сподвигло местные власти на широкое информирование приезжих о специфике отдыха в окрестностях города. Если раньше в гостиницах и мотелях гостей предупреждали лишь устно, либо не предупреждали вообще, то теперь в общественных местах появились плакаты, предостерегающие от поездок в уединённые места в тёмное время суток. Ситуация с явной пробуксовкой розыска «Монстра» широко обсуждалась в местной прессе, на радио и телевидении.

Правоохранительным органам удалось добиться официального объявления денежной премии за информацию, способствующую установлению личности «Флорентийского Монстра». Это была, в общем-то, нетипичная для итальянской юридической системы мера – считалось, что такого рода выплаты стимулируют оговоры невиновных и мало помогают расследованию. Тем не менее, было решено прибегнуть к такому несколько американизированному способу добычи информации. Поскольку в бюджетах ни одной из правоохранительных структур не имелось сколько-нибудь заметных свободных денежных средств, было решено просить о финансировании этого начинания администрацию Флоренции. Однако и в городском бюджете не нашлось денег. В конце концов, вопрос о выделении крупной суммы для премирования информатора вышел на уровень итальянского правительства, и специальным постановлением премьер-министр Итальянской республики Беттино Кракси (Bettino Craxi) санкционировал выплату в размере 500 млн. лир за сведения, способные привести к установлению личности «Монстра». При тогдашнем курсе национальной валюты (100 лир равнялись 6 американским центам) величина премии достигала 300 тыс. долларов. И по сей день это крупнейшее денежное вознаграждение в криминальной истории Италии, обещанное за содействие поимке преступника; даже для борьбы с «красными бригадами» и крупнейшими мафиози власти страны не предпринимали такого рода шагов.

Судья Марио Ротелла расценил происходившее как перст судьбы, указующий на Сальваторе Винчи. Последний не имел серьёзного alibi на воскресенье 8 сентября 1985 г. и ночь на 9 число, а именно этот интервал следствие считало временем нападения на французских туристов. Когда оперативники САМ попытались составить график передвижений Сальваторе и список мест его пребывания в тот день, то выяснилось, что имеется несколько «окон», во время которых местонахождение подозреваемого не может быть достоверно определено. Это выглядело очень подозрительно, но самого Сальваторе в полицию тогда не вызывали и вопросов о существовании у него alibi до поры не задавали – было решено не настораживать его раньше времени. Особая деликатность момента заключалась в том, что оперативники корпуса карабинеров, осуществлявшие наружное наблюдение за Сальваторе Винчи на протяжении нескольких последних месяцев, как раз на выходные дни 7 и 8 сентября этим не занимались. «Наружку» за Сальваторе сняли, не поставив в известность Ротеллу, а оперативников перебросили на другое задание. Судья, узнав об этом произволе, страшно возмутился; однако, он ещё больше возмутился, когда узнал, что подобное практиковалось и ранее. Хотя Ротелла требовал организовать непрерывное наблюдение за Сальваторе, руководство оперативного отдела карабинеров пренебрегло этим требованием и самовольно осуществляло лишь выборочную слежку. Ротелла был в ярости и устроил настоящий скандал, его моральную правоту подкрепляло то обстоятельство, что убийство французской пары произошло именно в тот день, когда слежка за Сальваторе Винчи не велась – а это убедительно подкрепляло подозрения следственного судьи в адрес последнего. В тот момент эту историю удалось замять, и она не стала достоянием журналистов, иначе бы посрамлены оказались все правоохранительные органы чохом, но руководители подразделения карабинеров, допустившие самовольное нарушение приказа судьи, получили служебные взыскания.

Итак, в сентябре 1985 г. версия следственного судьи получила фактически всеобщее одобрение. Из всех предположений, которыми могло руководствоваться следствие по делу «Флорентийского Монстра», теория Марио Ротеллы о причастности к этим преступлениям Сальваторе Винчи выглядела наиболее здравой и вероятной. Вот только улик, изобличающих его, не существовало.

В этом месте необходимо сделать небольшую остановку и переключиться на другую тему – этого требует от нас хронология событий. В начале октября 1985 года произошло нечто такое, что держалось итальянскими властями в глубоком секрете на протяжении нескольких десятилетий и было предано огласке после ряда весьма эмоциональных инцидентов только в XXI столетии. О них в своём месте будет сказано особо, пока же коснёмся октябрьских событий 1985 года.

Итак, что же произошло в начале октября 1985 года? 1 октября руководящие члены следственной группы, прокуроры Франческо Флери (Francesco Fleury) и Паоло Канесса (Paolo Canessa) получили идентичные анонимные письма. Это очень интересные послания [с точки зрения их содержания] и очень важные [с точки зрения долговременных последствий], поэтому на их анализе следует остановиться особо.

Но прежде чем сделать это, нам потребуется небольшое отступление – без него подтекст останется непонятен. Тремя неделями ранее – 10 сентября – водитель санитарной автомашины обнаружил патрон 22-го калибра класса «Long Rifle Winchester» на парковке перед моргом больницы «Санта-Мария-Аннуциата» (Santa Maria Annuziata) в городке городке Понте-а-Никкери (Ponte a Niccheri). Патрон был идентичен тем боеприпасам, которыми пользовался «Монстр», и водитель посчитал правильным проинформировать правоохранительные органы о сделанной находке.

Карабинеры решили проверить больничный морг, ведь гильза находилась на парковке перед ним. Никто не ждал никаких удивительных открытий, но… таковые случились! Вернее, случилось одно-единственное открытие, зато какое! При осмотре шкафчиков с личными вещами работников морга в одном из них была найдена карта Флоренции и прилегающих к городу районов. На карте присутствовали указания мест совершенных «Монстром» нападений и лаконичные пояснительные записи, содержавшие детали каждого из эпизодов. Пояснения касались нюансов, никогда не сообщавшихся средствам массовой информации, и по этой причине мало кто усомнился в том, что найденная карта принадлежала «Флорентийскому Монстру».

Владельца шкафчика тут же забрали на допрос, который продлился с минимальными перерывами более 30 часов. Санитар морга, 46-летний мужчина, страдавший диабетом и носивший на себе более 20 кг избыточного веса, мало соответствовал образу «Монстра», способного сноровисто бегать по тёмному лесу и переносить тела убитых людей, но данное обстоятельство помогло ему в тот момент мало. Бедолага попал под мощный пресс «законников», которые всерьёз намеревались объявить его «Монстром». Потребовалась длительная и дотошная проверка, растянувшаяся более чем на 2 недели, прежде чем непричастность санитара к серийным убийствам стала очевидна всем. Во-первых, почерковедческая экспертиза убедительно доказала, что пояснительные записи на карте оставлены не рукой подозреваемого. Во-вторых, изучение времяпрепровождения санитара позволило гарантированно доказать, что на время по крайней мере 2-х нападений у него имеется непробиваемое alibi. Этот человек явно не мог быть «Флорентийским Монстром» и карту с подозрительными записями ему подбросили.

Всё это стало ясно к 27 или 28 сентября. В те же самые дни в руководстве следственной группы, работавшей